В.А. Пешехонов. "Далёкое и близкое" -» Часть 11

О городе / История   Admin
У ДМИТРОВСКОЙ ДОРОГИ



«Уважение к минувшему — вот черта, отличающая образованность от дикости. Дикость, подлость и невежество не уважает прошедшего, пресмыкаясь перед одним настоящим», — подметил Александр Сергеевич Пушкин, даровитые и своевольные предки которого жили в живописном селе Виноградове, на земле нашего края.
  Дмитровская дорога вела свое начало от Воскресенских ворот Московского Кремля и шла по Большой и Малой Дмитровке, Долгоруковской улице, Новослободской, мимо Бутырской заставы по Бутырской улице и далее — по нынешнему Дмитровскому шоссе. Для Московского княжества Дмитров был самой ближней пристанью, от которой по рекам Яхроме, Сестре и Дубне пролегал водный путь до Волги.
  Река Сестра упоминается в жалованной грамоте великого князя Ивана Васильевича, Ивана III-го, в 1497 году как река Сестр. Это же название повторено в писцовой книге 16-го века. Более поздние источники указывают реку Сестру. Ее название, скорее всего, имеет балтийское происхождение. В его основе лежит древний индоевропейский корень — «стр», означающий «течь» и широко представленный в балтийской и славянской гидрографической терминологии. Таким образом, левый приток Дубны, река Сестра, по значению своего названия не является чьей-то родственницей, как может показаться поначалу.
  Название правого притока Сестры, реки Яхромы принадлежит языку древнего финно-угорского населения. В нем выделяются структурные элементы «яхр» и «ома». Слово «яхр» на языке мери было географическим термином со значением «озеро». Вторая часть названия встречается в финно-угорских речных названиях нашего Севера: Кулома, Кондома. Таким образом, «Яхрома» означает «озерная река». Историко-географические данные подтверждают такое объяснение. Если в наши дни Яхрома и не связана с озерами, то обширные болота, которые находятся в ее долине, напоминают о былых озерах.
  Известна и народная этимология названия. Согласно преданию, великий князь Юрий Долгорукий переправлялся через реку вместе с женой, которая, выходя из возка, оступилась, вывихнула ногу и в испуге закричала: «Я хрома!», что и послужила якобы причиной появления названия Яхрома. Эту народную легенду повторяли и серьезные авторы, например, историк Н.М. Карамзин, но в ней лежит одно лишь упорное желание как-то истолковать непонятное нерусское слово.
  Подмосковное село Марфино до 1805-го или 1806-го года принадлежало Ивану Петровичу Салтыкову, родственнику Марии Алексеевны Ганнибал, родной бабушки А.С. Пушкина. Некоторые исследователи пушкинской биографии полагают, что в соответствии с родственными традициями того времени Мapия Алексеевна со своей внучкой Ольгой /старшей сестрой будущего поэта/ и внуком Сашей в летние месяцы навещала свою марфинскую родню, что шестилетний или семилетний Саша Пушкин любовался недвижными Долгими прудами и светлыми клязьминскими волнами и берегами, по Дмитровской дороге подъезжая к живописному Марфину, и что на впечатлительного мальчика оказали большое влияние увиденные в марфинской усадьбе любительские спектакли, в которых разные роли исполняли его отец, его дядя, поэт Иван Иванович Дмитриев и историк Николай Михайлович Карамзин. Но о таком развитии событий давнего прошлого мы можем только догадываться потому, что до 21-го века не дошло никакого письменного свидетельства ни об одной подобной поездке.
  Знакомый новой владелицы виноградовской усадьбы Адольф Матвеевич Штекер, разбирая архивные бумаги, написал и в 1912 году издал документально обоснованную историю села, расположенного возле Долгого пруда и Дмитровской дороги. Во вступлении к своему повествованию, без которого уже не обойдется ни один исторический исследователь, задумавший рассказать о прошлом города Долгопрудного, автор пишет: «Новый деревянный дом в усадьбе, построенный в 1911 году, стоит фасадом к шоссе, справа от него и сзади расположены все другие надворные постройки. Все, что было прежде — сгорело, сгнило или разобрано и заменено новым. С нынешнего года в усадьбе поселяются новые владельцы, начинается новая жизнь. Старое ушло в область воспоминаний и только Долгий пруд, все такой же по форме и названию, четвертую сотню лет остается на том же месте и, не меняясь, отражает проходящую мимо него жизнь. Обо всем, что прошло мимо него, собраны разные сведения, которые и помещаются ниже».
  Завершая исторический рассказ, А.М. Штекер напоминает о беззащитной и хрупкой человеческой памяти и не забывает ненавязчиво похвалить самого себя: «Не явись желания у издателя настоящего очерка составить описание села Виноградова, может быть, теперь уже более не существовало бы ни одного документа из старого архива Бенкендорфов, и память о нем находилась бы в области одних только воспоминаний, так же как и все то, что было и жило в старом виноградовском доме».
 
  В 16 веке на месте нынешнего села Виноградова располагалось село Тюриково. Деревни, как таковой, тогда не было. Добросовестные писцы упоминают только дворы помещиков. Тюриково принадлежало Петру и Никите Годуновым, Мисюре Перхушкову, Ивану, Богдану и Ждану Сабуровым, Юрию Тутолмину и Игнатию Михневу.
  В писцовой книге 1623-го года записано, что думному дворянину Гавриле Григорьевичу Пушкину принадлежит «деревня Виноградово, а Дубровка тож, на Долгом пруде».
  Название Виноградово произошло от личного имени неизвестного прошлого владельца. Название Дубровка /Дубравка/ образовано от народного географического термина /дубрава — «poщa»/, а Долгий пруд — это «длинный пруд», который появился, когда запрудили один из притоков реки Клязьмы.
  В допетровской Руси думный дворянин — это третий чин после бояр и окольничих. Думные дворяне участвовали в боярской думе и управляли различными приказами.
  В пушкинской родословной объяснено, что представители его рода произошли «из древней фамилии славянской от выехавшего в Россию в 1198 в княжение святого великого князя Александра Невского из семиградской земли мужа честна именем Радша, от коего и пошел род Пушкиных». В автобиографии Александр Сергеевич добавляет: «От прусского выходца Радши… От него произошли Мусины, Бобрищевы, Мятлевы, Поводовы, Каменские, Бутурлины, Кологривовы, Шерефединовы и Товарковы. Имя предков моих встречается поминутно в нашей истории».
  Непосредственным родоначальником этой славной фамилии был живший в 16 веке праправнук Радши, правнук Гаврилы Алексеевича, дружинника Александра Невского, воевода Григорий Александрович по прозвищу Пушка. Причины возникновения этого прозвища неясны.
 
  Как до сей поры неясно истинное происхождение слова «Москва».
  В 19 веке историк В.О. Ключевский название нашей реки выводил из языка коми, на котором оно значило «коровья река», что нужно понимать — «река-кормилица». В начала 20-го века географ С.К. Кузнецов утверждал, что «Москва» с «мерянско-марийского» языка переводится как «Медвежья река», «медведица». Академик А.И. Соболевский, распространяя иранскую этимологию на северные земли, полагал, что слово «Москва» относится к древнему скифскому наречию и означает «охотница, сильная гонщица», что якобы намекает на ее быстрое течение. Академик А.С. Берг указал на то, что слово «Москва» связано с названием народа «мосхи», жившего в далекой Колхиде.
  Но современные ученые приведенные выше объяснения не признают.
  Новую гипотезу выдвинул А.П. Афанасьев, который в основе гидронима «Москва» видит давний прапермский гидрографический термин «моск», означающий «ключ, родник, источник, поток, приток», и пермское «ва» — «вода, река». По Афанасьеву, Москва — это «приток-река» / по отношению к Оке / или «река с притоком» / по отношению к Яузе /.
  В последнее время популярной стала гипотеза крупного слависта Г.А. Ильинского, выдвинутая более семидесяти лет назад. Ильинский говорил о славянском истоке слова «Москва», имеющего праславянский корень «моск», который означал «быть вязким, топким» или «болото, жидкость, влага, сырость». Это корневое звукосочетание мы находим и в современном русском языке — «мозг», «промозглый» /когда говорится о погоде/. По мнению Ильинского, название «Москва» /«топкая, болотистая, мокрая»/ возникло в верхнем течении реки, где она выходит из болота. Однако трудно себе представить, чтобы большая река протяженностью 473 километра до прихода славян оставалась безымянной.
  Поэтому более убедительна гипотеза В. Н. Топорова, согласно которой исходным названием было балтийское Mask-ava или Mazg-ava, что значило «нечто топкое, слякотное, мокрое, вязкое». Данная реконструированная форма допускает и другое толкование. Балтийский корень mazg означает и топкость, и извилистость. Таким образом, река Москва может называться также «извилистой», что соответствует реальному движению ее русла.
 
  Гаврила Григорьевич Пушкин известен в истории России по роли, сыгранной в годы «смутного времени» / 1584-1613 /. Первое и самое раннее показание о нем относится к 1581 году, когда он, будучи стрелецким сотником, был послан в Ругодин с государевой грамотой к воеводам.
  При царе Борисе Годунове Гаврила Григорьевич находился в опале и считался противником царя и его сына. Но, как выразился дедушка Крылов, «орлам случается и ниже кур спускаться, но курам никогда до облак не подняться».
  Историческая миссия Гаврилы Пушкина начинается с 1605-го года. Он открыто примыкает к первому Лжедмитрию и делается его ревностным пособником. «Подойдя к Туле, самозванец избрал двух сановников смелых, расторопных — Плещеева и Пушкина, дал им грамоту и велел ехать в Красное Село, чтобы мутить тамошних жителей, а через них и столицу. Сделалось, как думал», — пишет Карамзин. Успех был полный. За эту услугу Гаврилу Пушкина сделали думным дворянином и великим сокольничим /должность лица, ведавшего царской охотой/, и он стал одним из лиц, наиболее приближенных к новому царю.
  После падения Лжедмитрия в 1606 году Гаврила Григорьевич, однако, не только не пристал к Тушинскому вору, но даже противодействовал ему. В 1614-1615 годах Гаврила Пушкин был воеводой в Вязьме, в 1629 году он значится в числе думных дворян. В I630 году присутствовал за столом у Государя. Скончался Гаврила Пушкин в 1638 году, постригшись перед кончиной в монахи, как и многие делали в то время.
  А.С. Пушкин пишет о нем: «Гаврила Григорьевич Пушкин, тот самый, кто выведен в моей трагедии „Борис Годунов“, принадлежит к числу самых замечательных лиц той эпохи, столь богатой историческими характерами… Гаврила Пушкин — один из моих предков, я изобразил его таким, каким нашел в истории и в наших семейных бумагах. Он был очень талантлив — как воин, как придворный, и в особенности как заговорщик. Это он и Плещеев своей неслыханной дерзостью обеспечили успех Самозванца. Затем я снова нашел его в Москве в числе семи начальников, защищавших ее в 16I2 году, потом в 1616 году, заседающим в Думе рядом с Козьмой Мининым, потом воеводой в Нижнем, потом среди выборных людей, венчавших на царство Романовых, потом послом. Он был всем, чем угодно, даже поджигателем, как это доказывается грамотою, которую я нашел в Погорелом Городище — городе, который он сжег /в наказание за что-то/, подобно проконсулам Национального Конвента».
  Поэт упоминает о Гавриле Григорьевиче и в стихотворении «Моя родословная»:
 
  «Водились Пушкины с царями,
  Из них был славен не один,
  Когда тягался с поляками
  Нижегородский мещанин».
 
  Наследниками Гаврилы Пушкина после его пострижения в монахи явились его дети, Григорий Гаврилович и Степан Гаврилович Пушкины. Потомок и поэт Александр Сергеевич Пушкин не сомневается, что Григорий Гаврилович относится «к числу самых замечательных лиц в эпоху самозванцев». В 1648 году братья впервые построили в Виноградове деревянную церковь во имя Владимирской иконы Божьей Матери с приделом святого Николая Чудотворца.
  После смерти Григория и Степана Пушкиных Виноградово достается в 1656 году детям последнего — Матвею и Якову.
  Матвей Степанович Пушкин, полвека владевший Виноградовом, был поначалу стольником /придворный чин ниже боярского/, затем окольничим. В автобиографической заметке А.С. Пушкин отзывается о своем родственнике Матвее Пушкине довольно критически: «Четверо Пушкиных подписались под грамотою о избрании на царство Романовых, а один из них, окольничий Матвей Степанович, под соборным деянием об уничтожении местничества /что мало делает чести его характеру/». Он навлек на себя гнев Петра Великого, потому что противился посылке молодых дворян за границу, а вскоре жестоко поплатился за вину своего сына, стольника Федора. Последний, состоя одним из главнейших участников стрелецкого заговора, казнен 4-го марта 1697-го года. Старого боярина Матвея Степановича, «с лишением чести», вместе с его малолетним внуком сослали в Енисейск.
  В «Моей родословной» А.С. Пушкин отметил:
 
  «Упрямства дух нам всем подгадил:
  В родню свою неукротим,
  С Петром мои пращур не поладил
  И был за то повешен им».
 
  В 1707 году обширные земельные владения, и в том числе село Виноградово, получили дальние родственники сосланного Матвея Пушкина Иван и Петр.
  В автобиографической заметке А.С. Пушкин, не скрывая темные страницы прошлого, упоминает и о прадеде, который «в припадке сумасшествия» зарезал беременную супругу, и о «пылком и жестоком» деде, который повесил учителя-француза «на черном дворе» и уморил жену в домашней тюрьме, «на соломе», из-за того, что подозревал ее в любовной связи с этим учителем.
  В 1729 году Виноградово приобрел за 2000 рублей генерал-фельдмаршал, кавалер и лейб-гвардии подполковник Преображенского полка Василий Владимирович Долгоруков, который во время Полтавской битвы командовал запасной конницей, сопутствовал Петру Первому в Прутском походе 1711-гo года и присоединился к мужественному предложению Бориса Петровича Шереметева «проложить дорогу штыками или умереть».
  В 1730 году у В. В. Долгорукова село Виноградово купила за 3000 рублей Мария Федоровна Вяземская. Княжна пристроила к Владимирской церкви новый придел — во имя страстотерпца Иоанна Воина.
  После смерти Марии Федоровны, в 1758 году ее наследник князь Иван Андреевич Вяземский за 4500 рублей продал Виноградово А. И. Глебову. В описании проданного имения говорится: «Церковь во имя Владимирской Пресвятой Богородицы, да при ней два придела, со всякой церковной утварью, да в том же селе двор помещиков со всяким дворовым и хоромным строением с садом, да внизу под селом, у большой Дмитровской дороги, два пруда и с саженными рощами, да крестьян 75 душ».
  Александр Иванович Глебов представлял из себя интересную, заметную и противоречивую фигуру талантливого государственного лихоимца и хищника. Он родился в семье священника. Долгое время занимал мелкую и скромную должность секретаря в Сенате. Мария Симоновна Чоглокова, двоюродная сестра императрицы Елизаветы Петровны, полюбила Глебова и вышла за него замуж. Таким образом, карьера Александра Ивановича была обеспечена. Императрица произвела его в обер-прокуроры, а позднее — в генерал-аншефы. Больная жена его умирает. В 1758 году винные откупа далекой Иркутской провинции Глебов передал за огромную сумму другим заинтересованным лицам. Он также купил имение Тюриково и близлежащие деревни Грязново, Горки и Воскресенки /Грибки/ и увеличил и владение и состояние. Чуть ли не все резолюции на докладных Сената только подписаны Петром III, а написаны рукой Глебова. Пользуясь неизменным благоволением императора, Александр Иванович Глебов являлся ежедневно к девяти часам утра во дворец и не сомневался, что Петр Федорович согласится с ним и подпишет любую бумагу, лишь бы она не несла ничего вредного интересам авторитетной Пруссии и ее короля Фридриха Великого. Бледный, тощий, упрямый и вспыльчивый Петр III не любил заниматься государственными делами, но азартно дрессировал охотничьих собак, неплохо играл на скрипке и с десятилетнего возраста пристрастился к вину. Его жена Екатерина II вспоминала: «Стол был очень длинный и узкий, великий князь /Петр Федорович/, сидя между императрицею и фельдмаршалом Бутурлиным, так напился с помощью этого фельдмаршала, который не прочь был выпить, что перешел всякую границу, не помнил, что говорит и делает, заплетался в словах, и на него было так неприятно смотреть, что у меня навернулись слезы на глазах».
  В 1762 году император Петр III собственноручно возлагает на своего любимца орден святого Александра Невского.
  Однако судебная часть, которая была вверена Глебову, морально разлагалась. Лихоимство и взяточничество царили во всех судебных местах, ненасытные судьи безо всяких знаний и способностей извлекали доход решительно изо всего. Колодники ждали разбора дел и маялись по нескольку лет.
  Но власть переменилась. И в 1764 году Екатерина II, урожденная немецкая принцесса София Федерика Амалия, которая, кроме разных гуманных нововведений, как, например, отмена, пыток, однажды приказала сделать себе, первой в России, прививку против оспы, так вот Екатерина II отстранила Александра Ивановича Глебова от должности генерал-прокурора и отметила в своих записках: «У Глебова очень большие способности, соединенные с равным прилежанием; это олицетворенная находчивость, но он плут и мошенник».
  Да, не зря предупреждал нас апостол Павел: «Любовь к деньгам — это корень всех зол». А задолго до апостолов и Иисуса Христа древнегреческий врач и мыслитель Гиппократ /ок. 460 — ок. 370 до нашей эры/ пытался научить окружающих людей необходимому презрению к деньгам и наживе.
  Александру Ивановичу Глебову запретили жить и в одной и в другой столице.
  И все же каждому смертному доступно преображение. По этому поводу А.С. Пушкин высказался резче и определеннее: «Глупец один не изменяется». По древней легенде, когда-то давным-давно безжалостный разбойник Опта изменил себя и стал основателем и руководителем Оптиной пустыни, мужского монастыря, который, в 19 веке превратился в истинный центр возрождающегося старчества — своеобразного института духовного наставничества. Сюда приезжали известные поэты, писатели, философы, художники и композиторы: Н. В. Гоголь, Ф.М. Достоевский, К.Н. Леонтьев, Н. Г. Рубинштейн, А.К. Толстой, Л.H. Толстой и многие другие.
  Правда, недавно ученые выяснили, что неандерталец не превращался в разумного и совестливого человека, поскольку обладал иным генным набором. Откровенно говоря, иногда кажется, что мировые загадки не разгадываются, а только множатся. И Вселенная, как недавно сообщили по телевидению, устроена не так, как думали ученые, философы, художники, слесари, повара и безработные полвека назад: мы живем не в трех измерениях, а...
  И вот Александр Иванович Глебов обосновался в Виноградове. Подмосковному жителю, да и, наверно, любому человеку надо терпения не воз, а целый обоз. Александр Иванович заново строит помещичий дом и возводит новую церковь. Из контракта, заключенного Глебовым, известно, что живописец Гаврила Антонов сын Доматырев договорился «в новопостроенной церкви, на дереве написать святые иконы в новый иконостас по показанному рисунку и приложенному при сем реестру. А какие иконы писать буду, самым лучшим написать мне живописным письмом, а сверх лаком покрыть, а написать мне, Доматыреву, иконы оныя августа к 16 числу неотменно». За работу ему было назначено «денег двести пятьдесят рублей».
  Владимирская церковь была торжественно освящена митрополитом Платоном 10-го сентября 1777-го года.
  Из записей церковной летописи не видно, куда девались редкая старинная утварь и иконы старой церкви. Упоминается только несколько вещей, которые перенесли в новый храм: икона Владимирской Божьей Матери в серебряной ризе, украшенная убрусом из жемчугов, изумрудов, яхонтов, лалов и одного алмаза в золотом гнезде; напрестольный крест, серебряный, вызолоченный с чернетью, восьми вершков; серебряный вызолоченный крест двух вершков, с мощами апостола Марка, Алексея Божьего человека и чудотворца Трифона; евангелие, отпечатанное в 1681 году; прологи и октоих, отпечатанные в 1683 и 1685 годах; деревянный подсвечник, высеребренный накладным серебром, и икона святого Иоанна, без оклада. А икона — это окно в запредельный мир и, по Павлу Флоренскому /1882-1937/, русскому священнику и богослову, доказательство бытия Божия: «Если есть Троица Рублева, значит, есть Бог».
  Интересно, что в 1997 году 53 крупнейших американских ученых издали книгу «Мы верим» и привели многочисленные доказательства искусственного происхождения жизни и Вселенной, а также того, что Бог не выдумка, а реальность.
  Возле церкви Глебов выстроил и открыл богадельню для престарелых, или богадельников, как их называли в Виноградове.
  И сегодня российский патриарх Алексий Второй в «Российской газете» напоминает каждому разумному гражданину: «Духовность сама по себе есть высшая цель человеческого бытия». Можно также вспомнить академика Дмитрия Сергеевича Лихачева /I906-I999/, говорившего, что культура не средство, а цель развития человеческого общества, что «мы живем ради Леонардо да Винчи» и, конечно, ради Александра Сергеевича Пушкина.
  Ну, а раз уж мы заговорили о загадочной Владимирской церкви, надо вспомнить и масонское движение, возникшее в начале 18-го столетия.
 

 Продолжение

Благодарю SubEditor  и Мартынова Сергеяза огромный вклад в публикацию этого материала.
  • Оценка: 0

Комментарии (1)

RSS свернуть / развернуть
0
avatar
Катя-25 +2.20
Спектакль ужасный. На удивление собрали полный зал, но потихоньку народ стал просто вставать и уходить. Кукол очень мало, зато через чур много двух мужиков-ковбоев, которые постоянно "екали" изображая американцев. Декорации - пара холщовых тряпок. Затянуто, детям было скучно.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.